Елена Ларина: «Мы хотим привить нашим слушателям умение понимать советскую эпоху»
Елена Ларина: «Мы хотим привить нашим слушателям умение понимать советскую эпоху»

Советское время как исторический феномен, который никак не уйдет в прошлое – на истфаке МГУ при поддержке гранта Фонда появился новый курс «Этнография советского: менталитет, повседневность, созданные традиции». Передовики и диссиденты, клятва пионера и моральный кодекс строителя коммунизма, дефицит и первомайские демонстрации – авторы помогают современным слушателям представить советское прошлое вне любой идеологии. О курсе рассказывает автор, доцент кафедры этнологии исторического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, кандидат исторических наук, победитель Стипендиальной программы Владимира Потанина 2015/2016 Елена Ларина. 

 

Курс «Этнография советского» разработан коллективом авторов, преподавателей кафедры этнологии исторического факультета МГУ: З.У. Махмудовой, А.В. Туторским и Е.И. Лариной. Каждый из нас – знаток своего региона: Андрей Владимирович изучает русский Север, Зоя Увайсовна – Кавказ, а я – Центральную Азию. Объединяет нас страсть к полевым этнологическим исследованиям (и приобщение к таким исследованиям студентов) и практическая работа с людьми.

Исследования начались в 1990-е годы. У каждого из нас вызревали вопросы, которые легли в основу нового курса. Мы наблюдали «минуты роковые» в истории Отечества – коренной слом советского общества и конструирование суверенной демократической российской республики, сопровождавшиеся экономическим, политическим, мировоззренческим хаосом. Тем ярче на этом фоне выступали трагедии человеческих судеб, связанные с потерей моральных опор, стремительным движением социального лифта вниз, массовыми переселениями вследствие национальных конфликтов, демодернизацией жизни и другими процессами.

И все же перед нами были люди, которые рассказывали о «счастье в труде» – на стройках коммунизмах или в освоении целины, о совести у всех («хотя никто в бога не верил»), о социальной справедливости и коллективизме. Нас посвящали в некоторую параллельную жизнь с ее традиционными социальными и религиозными практиками, высмеивали «номенклатуру» или тунеядцев, все еще с оглядкой вспоминали трагическое прошлое, которое теперь принято называть «исторической травмой».

Перед нами неизбежно вставали вопросы: с каким прошлым мы расстаемся? Что такое «советский человек»? Что из себя представляет «советское общество»? Почему такой разрыв между теми, кто идеализирует советскую эпоху и теми, кто ее презирает, употребляя слова «совок» и «коммуняка». Как осмысливаем мы, рожденные в СССР, свое детство, жизнь наших родителей? Почему спустя 30 лет советское прошлое все еще является актуальным настоящим – от проявлений в повседневной жизни (дома, в которых мы живем, праздники, которые отмечаем, фильмы, которые смотрим) до проектов на государственном уровне (например, десталинизация и одновременно установка памятников Сталину), от замалчивания эпохи массового террора и пристального внимания к деятельности общества «Мемориал» до героизации личностей, являвшихся организаторами террора (цикл фильмов «Страна Советов. Забытые вожди» на Первом канале)?

На нас работало время. По мере удаления от девяностых приходило историческое переосмысление эпохи. Главный импульс дали книги Александра Зиновьева «Русская трагедия» и Алексея Юрчака «Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение». Пришло время совместить богатейший полевой материал (в первую очередь, устные истории советских людей, музейный и фотоматериал, собранный в таких обширных регионах, где о советском говорит так многое – даже сам внешний облик городов и поселков, населяющих их людей) и новый фокус взгляда, дискурсивный подход. Очевидно возникла потребность изучить советские и постсоветские нарративы через дискурсивный анализ. У нас было преимущество очевидцев советской истории и периода реформ.

Во время общения со студентами на лекциях или практиках мы неожиданно почувствовали себя в роли «сталкеров», персонажей Р. Брэдбери в «Эффекте бабочки» – специалистов по исследованию ментальностей прошлого. Оказывается, мы можем так многое растолковать современному поколению о советском прошлом: рассказать о клятве пионера, о словах «хвост» и «отоварить», о моральном кодексе коммуниста, о счастье обладать вымпелом передовика и поездке в Болгарию… Мы можем диалектически примирить советскую трагедию и счастье, показать, что и в ГУЛАГе пребывали самые ярые оппоненты, продемонстрировать, как в советском человеке уживались тунеядство и гордость за достижения народного хозяйства, растолковать, как при неприязни к советской идеологии и «деревянному» языку первомайская демонстрация вызывала неподдельную радость у ее участников; как форсированная модернизация уживалась с общинным сознанием колхозников, а новые советские ритуалы сочетались с религиозными практиками.

Мы видим своей задачей показать историко-культурное единство и истоки современных конфликтов на постсоветском пространстве. Нами движет чувство долга перед всеми теми, кто делился с нами своими воспоминаниями: крестьянами и рабочими, партработниками и диссидентами, родителями, бабушками-дедушками и ровесниками, из чьих историй складывается история нашей страны. Нам бы хотелось привить нашим слушателям бережное отношение к историческому наследию, умение «читать» и понимать советскую эпоху с ее сложнейшим, зачастую эзоповым языком. Инновационность нашего курса очевидна: «внедрение» неангажированного, внеидеологического (неважно, вне идеологии коммунизма, национализма или казенного патриотизма) представления о советском прошлом у современных слушателей, умения считывать нарративы, созданные на языке различных социально-политических эпох.

Действительно, в последние пять лет исследования о советском множатся – проходят конференции, дискуссии (одни из последних организованы Институтом Гайдара). Интересно, что именно сейчас идет период активных диспутов, переосмысления. На этом фоне российских исследований в виде нарративов, книг или статей о советском прошлом существенно меньше. Западная советология уже с 1960-х годов создала свой объемный историографический корпус. Такая исследовательская ситуация предоставляет большие возможности для научной работы и популяризации ее итогов.

Результаты

Оценивать результаты своего проекта непросто. Конечно, его реализация приносит чувство глубокого удовлетворения. Благодаря гранту Фонда Потанина удалось осуществить четыре полевых выезда в регионы, которыми мы занимаемся, собрать много нового материала, включить его в канву курса. Подготовка каждой последующей лекции напоминает процесс шлифовки линз – такое стремление к ясности, чистоте мысли. Каждый раз появляются новые сюжеты и их многогранная интерпретация. Если смотреть на формальные задачи – написание магистерской программы, то в этом формате нам явно было тесно. Мы провели в Научной библиотеке МГУ незапланированную выставку и круглый стол по теме проекта, круглый стол со слушателями курса. Мы готовим книгу на основе созданной программы курса. Поддержка Фонда стала мощным мотивирующим фактором. Программа приобрела новые очертания в виде более широких задач, которые мы перед собой поставили.

Мы продолжаем читать курс как межфакультетский в МГУ имени М.В. Ломоносова. На него записывается стабильно большое число слушателей.

Изменения

Профессиональная жизнь дополнилась возможностью дальнейшей работы,  усилился творческий импульс. Поддержка Фонда придала большую уверенность, но и добавила ответственности. В бюрократической составляющей нашей профессиональной деятельности поддержка Фонда принесла ощутимые дивиденды в виде высоких баллов в наукометрии.

Колоссальное влияние на нашу профессиональную жизнь оказало участие в конференции «Магистратура: модель для сборки». Мы посмотрели на эту институцию извне, увидели широчайший спектр мнений и подходов, которые помогли кристаллизации нашего собственного взгляда. Хотелось бы особо отметить минимализм бюрократической оставляющей в грантовой поддержке, что существенно облегчало профессиональную жизнь. Фонд, поддержав нашу заявку, предоставил нам большие исследовательские возможности, задал особый настрой и поиск, привнес новые направления в исследовательских подходах.

 

Публикации по проекту:

  • Е.И. Ларина «Места памяти и современные коммеморативные практики у казахов России и крымских татар» // А.А. Никишенков: «Изобретая традицию» и создавая «воображаемое общество». Сборник статей, посвящённый памяти профессора А.А. Никишенкова. М.: Издательство «Новый хронограф», 2017. С.161-175.
  • Е.И. Ларина «Топография памяти: советское прошлое и современные коммеморативные практики у казахов России и крымских татар» // Власть, информационные технологии, массовое сознание: основные тенденции современного политического развития. М.: Аргамак-Медиа, 2017.С. 19-30. Материалы проекта
  • Е.И. Ларина «У нас одна Родина – Крым»: места памяти и коммеморативные практики у крымских татар // XII конгресс антропологов и этнологов России: сб. материалов. Ижевск, 3-6 июля 2017 г. М., Ижевск, 2017. – с. 402.
  • З.У. Махмудова. «Государственная символика и идентичность на Кавказе (XIX-XXI вв.)» //Власть, информационные технологии, массовое сознание: основные тенденции современного политического развития. М.: Аргамак-Медиа, 2017.С. 31-43.

 

Выставка:

 

Материалы проекта представлены на конференциях:

  • З.У. Махмудова, Е.И. Ларина – на Международной конференции «Государственное управление Российской Федерации: вызовы и перспективы» 26-28 мая 2016 г.;
  • З.У. Махмудова – Лавровские (Среднеазиатско-Кавказские чтения), Санкт-Петербург, МАЭ РАН, 16-18 мая 2016 г.;
  • А.В. Туторский – X Сибирские чтения «Страсть к жизни: эмоции, чувства и восприятие на Сеере и в Сибири» Санкт-Петербург, МАЭ РАН, 24 октября 2016 г.